Сергей Шумило: „Афон и Русь: тысячелетние связи” Posted on 4 February 2018    0 Comments;

ParisAthos1

Афон и Русь: тысячелетние связи

Афон как международный духовно-культурный центр

Святая Гора Афон и ее многовековое духовное наследие занимают особое место в истории. Многонациональный состав святогорских насельников ясно свидетельствует о вселенском значении Афона. Иметь здесь свои представительства стремились центры как восточнохристианского, так и западнохристианского мира. Афон стал символом духовного единения народов, населяющих всю христианскую ойкумену.

Говоря об Афоне, необходимо отметить, что это уникальный в истории христианства образец монашеского единения независимо от национальной и государственной принадлежности.

Издавна здесь представлены иноческие общины различных национальностей, так что Афон по праву считается международным центром христианского монашества.

Еще с VII в. здесь оказались сконцентрированы представители практически всех традиций восточного монашества: египетской, палестинской, сирийской.  При императоре Константине Погонате (занимал престол в 668–685 гг.), вскоре после VI Вселенского Собора, сюда были переселены иноки из Аравии, Африки и Палестины, изгнанные исламским нашествием из своих древних Лавр – первых очагов монашества.

Особенно духовное значение Афона в качестве всехристианского монашеского центра усиливается с X в. благодаря деятельности преподобного Афанасия Афонского и императора Никифора Фоки.

Montgeron7

Духовно-исторические связи Афона с Францией

Как отмечает известный византинист и исследователь Афона еп. Порфирий (Успенский), стараниями прп. Афанасия «появились на Афоне большие благоустроенные монастыри и лавры, и в них еще во дни его поместилось около 3000 разнородных монахов, которые пришли из разных стран. Им он дал устав церковный, трапезный и келейный» .

Кроме восточных стран, здесь имели свои представительства и западноевропейские народы. До середины XI в. на Афоне существовало три латинских обители: Римская, Амальфийская и монастырь Зигу, пользовавшиеся вниманием самого преподобного Афанасия.

Появление этих обителей западной традиции на Афоне связано с деятельностью бенедиктинских монастырей в Западной Европе. Основатель этой традиции – св. Венедикт Нурсийский (Ɨ ок. 560) глубоко чтится не только Западной Церковью, но и Восточной. И по сей день во многих монастырях Афона встречаются его иконы и фресковые изображения.

Последователи монашеской школы св. Венедикта Нурсийского имели разветвленную сеть своих монашеских общин на территории современных Италии и Франции. Особенно распространение и унификация западного монашества на основе бенедиктинского устава происходят в пределах Франкского государства во времена Карла Великого и Людовика Благочестивого.

Не исключено, что основание первых бенедиктинских монастырей на Афоне относится именно к религиозным реформам Людовика Благочестивого, направленным на утверждение бенедиктинского устава. Основание новых монастырей на Афоне для других народов происходило, как правило, с разрешения византийских императоров, в рамках дипломатических отношений с теми государствами, представители которых обосновывались на Святой Горе. Иметь свои представительства в пределах Ромейской империи в центре христианского монашества на Афоне было вопросом престижа для многих монархов молодых христианских государств.

Как бы там ни было, но уже в IX – X вв. на Афоне, рядом с монастырями восточной традиции, появляются монастыри западной традиции, в частности бенедиктинского устава. В числе их братств были выходцы из современных Италии, Франции, Германии, Англии. Поэтому Афон по праву считается международным духовным центром монашества и христианства. А духовные связи с ним имели не только Греция, Грузия, Болгария, Сербия, Румыния, Молдова и Русь, но и вышеперечисленные страны Западной Европы.

Поэтому без преувеличения можно говорить и о имевшихся 1000 лет назад духовных связях Франции с Афоном. Их возрождение особенно плодотворным было в ХХ веке.

Самым выдающимся афонским подвижником, чья деятельность была связана с Францией, был архимандрит Софроний (Сахаров) – ученик знаменитого святого старца прп. Силуана Афонского. В  1947 году он с Афона переехал во Францию, где учреждает православную монашескую общину по афонскому уставу. Здесь же, во Франции, он впервые издает дневники старца Силуана Афонского, обретшие после этого всемирную известность.

Еще одним выдающимся афонитом, чья судьба была тесно связана и с Афоном, и с Францией, был архиепископ Василий (Кривошеин) – известный православный богослов и патролог.

В 1925 году он вместе со своим другом Сергеем Сахаровым (будущим архимандритом Софронием) из Франции отправился в паломничество на Святую Гору Афон, где и остался, поступив в братство Русского Свято-Пантелеимонова монастыря и приняв там монашество. С февраля 1942 года он был членом Священного Кинота Афона, а с 1946 года казначеем русского афонского морнастыря.

После 22 лет монашеской жизни на Афоне о. Василий в 1951 году вынужден был переехать в Англию, а уже в 1959 г. в качестве епископа он переезжает в Париж, где был назначен викарием Экзарха Западной Европы. В апреле 1960 года назначен епископом Брюссельским и Бельгийским.

Именно благодаря стараниям владыки Василия (Кривошеина) Пантелеимонов монастырь на Афоне в 1970-е гг. удалось уберечь от разорения, а в сам монастырь впервые после 50-летнего перерыва было разрешено поселиться монахам из СССР, что спасло обитель от полного исчезновения.

Афонским монахом был и другой известный богослов, живший после II-й Мировой войны в Париже, — епископ Кассиан (Безобразов, +1965). Поддерживали тесные связи с Афоном и многие другие представители русской эмиграции во Франции. Некоторые из них не только совершали паломничества на Афон, но и оказывали посильную материальную помощь обедневшим после революции русским обителям Афона, а другие даже становились монахами (как это произошло с Софронием Сахаровым, Василием Кривошеином, Кассианом Безобразовым).

Среди коренных французов одним из самых знаменитых афонитов можно считать недавно преставившегося архимандрита Плакиду (Дезея), который вместе со своими единомышленными – католическими монахами 1977 г. на Афоне в монастыре Симонопетра перешел в Православие. Подвизаясь на Святой Горе, отец Плакида переводил на французский язык «Лествицу» преподобного Иоанна Лествичника. Пройдя необходимое становление и обучение в обители, по благословению святогорского игумена Емилиана он вернулся во Францию, где основал четыре Афонских подворья во Франции, главным из которых стал монастырь преподобного Антония Великого в горном массиве Веркор. Эти обители, придерживающиеся строгих афонских уставов, сегодня являются как важными православными центрами, так и центрами возрожденной афонской традиции во Франции.

Croaziera-Muntele-Athos-04

Помимо чисто церковной деятельности, хотелось бы отметить, что именно французские кинематографисты совершили после Второй Мировой войны первые в истории киносъемки на Афоне. Это документальный короткометражный фильм «Монахи Горы Афон» (Moines du Mont Athos), который был снят в 1953 г. двумя французскими кинематографистами: режиссером, сценаристом и оператором Жаком Валентэном и выпускающим директором Фредом (Альфредом) Орэном, инженером, начавшим свою творческую карьеру в качестве кинорежиссера вначале на радио, а затем, с 1931 г., в студии Парамаунт.

Это уникальный документальный фильм. Благодаря этой кинопленке мы можем увидеть Афон 70-летней давности, каким он был в то время, когда на нем еще полностью отсутствовало влияние современной цивилизации. Французских кинематографистов, обратившихся к духовному опыту православных святогорцев, особенно поразили древние фрески Дионисиата, на которых, как им показалось, были изображены провидческие картины будущих бомбежек городов (дождь из небесных звезд), танки, самолеты и даже атомная бомба. Представленные на фресках образы «чаши гнева», которые в то время ассоциировались у приехавших на Афон европейцев с недавними ужасами Второй мировой войны, контрастируют с мирными картинами жизни монахов, их спокойными одухотворенными лицами.

Отдельно хотелось бы отметить вклад в изучение истории и наследия Афона выдающегося французского ученого – византиниста проф. Поля Лемерля (Paul Lemerle, 1903 — 1989).

Директор парижского научно-исследовательского Центра истории и византийской цивилизации (Коллеж де Франс), основатель и почётный президент Международной ассоциации византийских исследований (Association Internationale des Etudes Byzantines, AIEB), он, начиная с 1930-х гг., осуществил целую серию научных экспедиций на Афон. Благодаря его и его коллег усердию в архивах и библиотеках Афона было обнаружено множество древнейших актов и рукописей византийского периода. Многие из них были опубликованы в основанном им научно-издательском проекте «Архивы Афона» (Archives de l’Athos), объединившем многих видных ученых-византинистов из Франции и других стран.

По сути, благодаря французским исследователям Афона, многие редчайшие древние рукописи Афона не только стали достоянием научной общественности, но и были буквально спасены от забвения и гибели. Продолжателем и преемником Поля Лемерля был его ученик Жак Лефор (1939-2014).

Именно французским исследователям во главе с проф. Полем Лемерлем принадлежит заслуга в обнаружении в архивах Афона документальных подтверждений 1000-летней истории древнерусского монашества на Афоне.

Muntele-Athos

1000-летнее наследие древнерусского монашества на Афоне

Афон сыграл очень важное значение в истории становления духовности и культуры Киевской Руси. Начало этих благотворных духовных связей со Святой Горой совпадает на Руси с эпохой принятия христианства, во времена св. равноапостольного Великого князя Владимира Киевского.

Православная духовная традиция Киевской Руси неразрывно связана с древнерусскими монастырями, ведущими свою преемственность от Афона, как всеправославного центра монашества и аскетизма. Установленные со времен «отца русского монашества» прп. Антония Печерского, эти тесные духовные связи на протяжении всей тысячелетней истории непрестанно развивались и крепли, глубоко отразившись на формировании отечественной самобытной и глубоко духовной культуры.

Особенно важным было становление под воздействием Афона Киево-Печерского монастыря, который был своего рода «рассадником» и центром монашества, духовности, книжности, культуры и просветительства по всей Киевской Руси.

Афонское предание основание первого древнерусского монастыря на Афоне относит ко временам Крещения Киевской Руси при св. князе Владимире.

Так в русской летописи за 1496 г. утверждается, что «из старины монастырь св. Пантелеймона в Светей Горе строение бяше прижних великихъ князей Рускихъ от великого Володимере» . Также и в актах Афонского Хиландарского монастыря за 1583 г. прослеживается это афонское предание. В частности, в обращении к царю Иоанну Грозному, говоря об Афонском Пантелеимоновом монастыре, отмечается: «понеже строение и почете есть святого Князя Владимира, и в наших странах похвала царству ти» . Этот документ подписан святогорским протом Пахомием и всеми старцами Святой Горы.

По мнению проф. А. Тахиаоса, это сообщение заимствовано из более древних, не сохранившихся до наших дней, афонских актов и «восходит к древней славянской традиции, возродившейся в XVI веке» .

К сожалению, точных документальных свидетельств этому не сохранилось. В архиве Русского на Афоне Пантелеимонова монастыря самые древние акты, касающиеся древнерусской святогорской обители, относятся к 1030 и 1048 гг. Из них мы узнаем, что русская Свято-Успенская Богородичная обитель «Ксирургу» (греч. ξυλουργός – плотник или древодел) к 1030 г. уже имела статус Игуменария (акт 1) , а в указе византийского императора Константина IX Мономаха от 1048 г. именуется Царской Лаврой (акт 3) .

Более древние документы из-за многочисленных пожаров и разорений обители не сохранились. Отсутствие в архиве Русского на Афоне Пантелеимонова монастыря более давних актов долгое время заставляло сомневаться в достоверности святогорского предания о восхождении древнерусского монашества на Афоне и основании здесь первой древнерусской обители ко временам князя Владимира.

Однако в 1932 году в архивах Великой Лавры св. Афанасия на Афоне группой французских исследователей во главе с проф. Полем Лемерлем, занимавшимися поисками и изданием древних актов афонских обителей, удалось обнаружить неизвестный до того документ, подтверждавший более древнее происхождение русского монастыря на Афоне .

В частности, в хранящемся в Архиве Лавры (ящ. 1, док. 173) святогорском Акте за февраль 1016 года стоят подписи 21 игумена афонских обителей, и среди них подпись игумена русского монастыря: «Γερασιμος μ(ονα)χ(ος) ελε(ῳ) θ(εο)ῦ πρεσβυτερος κ(αι) ηγουμενος μονις του Ρς» . В переводе с греческого она звучит так: «Герасим монах, милостию Божией пресвитер и игумен обители Роса, свидетельствуя, собственноручно подписал».

Документ написан на пергаменте. Подпись русского игумена Герасима стоит тринадцатой из двадцати одной.

В обнаруженном французскими исследователями Акте 1016 г. речь идет именно о первом древнерусском святогорском монастыре, ставшем позже более известным под названием «Ксилургу» или «Древодел», и который уже к 1048 г. имел статус Царской Лавры .

Французские исследователи совершили очень важное открытие, поскольку обнаруженный ими Акт 1016 г. однозначно подтверждает основание древнерусского монастыря на Афоне еще во времена св. кн. Владимира Киевского.  Благодаря этому открытию тепеь есть все основания говорить о 1000-летнем наследии древнерусского монашества на Афоне.

Древнерусская Лавра на Афоне

Своего наибольшего расцвета древнерусская обитель на Афоне достигла при сыне Владимира – Великом князе Киевском Ярославе Мудром . Об этом мы можем судить из сохранившихся в архиве «Русика» документов за 1030, 1048, 1070 и 1142 гг. Так в акте 1048 года, как уже было сказано, византийский император Константин IX Мономах именует древнерусскую обитель Богородицы Ксилургу «Царской Лаврой» . Этот факт позволяет предположить, что древнерусский монастырь изначально формировался не как келлия или скит, но был основан (и узаконен императорским хрисовулом) как монастырь («лавра») в рамках дипломатических отношений между византийскими императорами и киевскими князьями.

Из этого же документа мы узнаем, что Русский монастырь в спорных вопросах имел право непосредственно обращаться к самому императору, минуя Протат Святой Горы, что было запрещено другим афонским обителям. Уже в этот период «Русик» имел развитое хозяйство и содержал работников. У него была пристань, суда, хлебная пашня, мельница, собственная дорога от пристани до монастыря.

Документы ХІІ в. однозначно свидетельствуют, что в этом монастыре жили выходцы из Киевской Руси. В частности, в описании имущества монастыря Ксилургу 1143 г. упомянуто 49 «русских книг», при этом о греческих книгах здесь упоминаний нет . Это указывает не только на национальность насельников обители, но и на одно из возможных их занятий – переписывание книг.

Таким образом, названная в документе 1016 г. «обитель Роса» и была тем самым «монастырем Древодела» (Ксилургу), акты которого от 1030, 1048, 1070 и 1142 годов дошли до нас в составе архива монастыря св. Пантелеймона – теперешней святогорской русской обители – и об изначальной принадлежности которого русским инокам свидетельствует акт Протата от 1169 года. По сути, это древнейшая русская православная обитель не только на Афоне, но и в мире, учрежденная вскоре после Крещения Киевской Руси .

Delui3_images_Пресс-Центр_MIANU_Paris_thumb_medium220_0

Очень скоро древнерусская Успенская Лавра на Афоне становится центром духовного просвещения для Руси . Как уже было сказано, здесь функционировал скрипторий, где переводились и переписывались книги. Из описи 1142 года мы узнаем, что некоторые из книг были написаны на кириллице, другие же – переписаны с глаголических образцов.

Именно из этой обители происходит один из древнейших памятников глаголического письма – так называемое Мариинское Евангелие (Codex Marianus). Это глаголическая рукопись Четвероевангелия, датируемая XI в. Её основную часть (171 лист) нашёл профессор В. И. Григорович в обители Ксилургу в 1840-х гг. После смерти Григоровича она поступила в Румянцевский музей в Москве (ныне Российская государственная библиотека), где хранится и поныне. Эта рукопись является ценнейшим памятником древнеславянской письменности, имеющим отношение к Киевской Руси. Тот факт, что она хранилась в древнерусской обители на Афоне, свидетельствует о важном значении Ксилургу как духовно-культурного центра.

На Афоне были обнаружены и другие важнейшие памятники древней славянской литературы, и в частности один из самых ранних памятников, написанных кириллицей, – Киевские фрагменты поучений св. Кирилла Иерусалимского . Кроме того, здесь же были найдены т.н. «листки Ундольского» — два кириллических листа XI в., содержащих отрывок из евангелия-апракоса , а также «Саввина книга» — кириллическая старославянская орнаментированная рукопись XI века .

В целом, с XI – XII вв. влияние Афона на духовное становление и развитие Руси играло решающую роль, что прослеживается и на протяжении всей ее тысячелетней истории. Связь с Афоном, как с Уделом Пресвятой Богородицы, глубоко заложена в идентичность нашего народа и его духовную традицию. Приобщиться к далеким и одновременно родным святыням Афона всегда было заветной мечтой для многих поколений наших соотечественников.

Афон и его духовное значение для народов Восточной Европы

Афон в течение многих столетий играл исключительно важную роль в развитии отечественной духовности и культуры, как в эпоху Киевской Руси, так и в последующие времена. С момента возвращения с Афона на Русь прп. Антония Печерского и основания им по афонскому образцу Киево-Печерской Лавры влияние Святой Горы на духовное становление и развитие Руси играло решающую роль на протяжении всей ее тысячелетней истории. Собственно, именно Святая Гора Афон, ее наследие и традиции существенно повлияли на формирование мистико-аскетического облика самобытного русского православия, как и самой Святой Руси.

Исключительно важную роль играли связи Руси с Афоном в эпоху послеордынского нашествия. В это время выдающимся афонитом, внесшим весомый вклад в развитие русской духовности и культуры, был святитель Киприан (Цамблак), митрополит Киевский и всея Руси. Во времена его святительства на Русь привозится с Афона много книг, осуществляются переводы и т.п. Под их влиянием на Руси начинается период «исихастского возрождения», глубоко отразившийся на формировании самобытной и глубоко духовной культуры Руси.

Яркими продолжателями и носителеми афонского наследия на Руси этого времени были преп. Сергий Радонежский и преп. Кирилл  Белозерский. Плодом их духовних трудов стал новый расцвет русского монашеского подвижничества, который принято называть «Северной Фиваидой».

Наиболее ярко влияние афонского исихастского наследия на Руси отразилось в древнерусском искусстве, в произведениях Феофана Грека, Андрея Рублева и Даниила Черного, художественные шедевры которых до сих пор не перестают волновать взор и воображение своей гармоничностью, глубиной и величием.

Важный вклад в восстановление связей между Русью и Афоном совершил преп. Нил Сорский, который провел на Святой Горе около 20 лет. Вернувшись на родину, он всячески пропагандировал приобретенные на Афоне духовные ценности и выступил одним из идеологов движения «нестяжателей». Другим важным «соединительным звеном» Афона с Русью был выдающийся греческий богослов и афонский подвижник преп. Максим Грек.

Имел Афон важное значение и в деле сохранения Православия на Украине, в период печальноизвестной Брестской унии. Среди украинских подвижников того времени, подвизавшихся на Святой Горе, наиболее известны старцы Иоанн Вишенский, Иов Княгининский, «блаженный Киприан», Исаакий Борискевич, Афанасий Межигорский, Иоасаф Густынский, Иосиф Кориятович-Курцевич, Самуил Бокачич и многие другие.

Запорожское казачество в это время тоже поддерживало тесные связи с Афоном, приглашало оттуда опытных наставников и старцев, делало щедрые пожертвования на монастыри Святой Горы, осуществляло паломничество, а нередко немало казаков и сами принимали на Афоне монашеские постриги и подвизались в обителях Афона. В частности, после того как греки завледели Русиком (древнерусским монастирем на Афоне), при поддержке запорожских казаков на Святой Горе была предпринята попутка воссоздать новый Русик. Его роль на протяжении почти целого столетия выполнял основанный запорожцами в 1747 г. святогорский скит «Черный Выр».

Естественным продолжением этой традиции было основание на Афоне Свято-Ильинского скита, у истоков создания котрого стоял выдающийся выходец из семьи казачьих священников, преподобный Паисий Величковский. Основанная им монашеско-аскетическая школа, осуществленные ею титанические труды по переводу святоотеческих творений на славянский язык, возрождение утраченных традиций православного старчества и исихазма дали мощнейший импульс не только к возрождению подлинного монашества и духовности в России, но и к возрождению православной русской культуры, ее возвращению к традиционным христианским устоям и ценностям. Именно последователи афонской школы преп. Паисия (Величковского) – знаменитые старцы Оптиной пустыни серьезнейшим образом повлияли на формирование мировоззрения многих российских культурных и общественных деятелей XIX века, что существенно сказалось на их творчестве и деятельности.

Особенно тесными и плодотворними были традиционные связи с Отечеством у Русского на Афоне Свято-Пантелеимонова монастиря. Еще одной цитаделью русского православия на Афоне был Свято-Андреевский скит.

Под духовным водительством опытных старцев Свято-Пантелеимоновой обители Иеронима (Соломенцова) и Макария (Сушкина) в 19 веке начался процесс возрождения и подъема русского монашества на Афоне. Уже в 1850 году численность русских монахов на Святой Горе становится равной численности греческих, а в дальнейшем стремительно растет и начинает значительно превосходить ее. Уже в начале ХХ века число русских монахов на Афоне составило 5000 (из них свыше 2000 — в Пантелеимоновом монастыре), тогда как греков на Святой Горе было 3900, болгар – 340, румын – 288, сербов – 120 и грузин – 53.

580px-Russian_President_Putin_was_paying_a_visit_to_St._Panteleimon_Monastery,_the_Russian_Orthodox_monastery_as_we_were_leaving_(3939789075)

Так утвердился такой духовно-исторический феномен, как «Русский Афон». В 1913 г. на повестке дня стоял даже вопрос о предоставлении русскому Свято-Пантелеимонову монастырю статуса Лавры, а русским Андреевскому и Ильинскому скитам – самостоятельных монастырей. Однако последующие события не дали этим планам осуществиться.

После трагических событий 1917 г. и началом богоборческих гонений на православие в России, очень сильно пострадало и русское монашество на Афоне. Из-за отсутствия в течение 80 лет притока новых монахов из коммунистического СССР русские обители на Святой Горе оскудели численно. В результате, Андреевский и Ильинский скиты, а также многочисленные русские келлии и каливы на Афоне опустели, подверглись разрушению или отошли к грекам.

Серьезным ударом по русскому монашеству на Афоне была и т.н. «имяславская смута»  1913 года, в результате которой из русских афонских обителей тогда обратно в Российскую империю было насильно вывезено около 1000 монахов. Многие из них впоследствии, в годы тотального атеистического террора и богоборческих гонений на веру и Церковь в СССР, стали мучениками и исповедниками, а некоторые из них ныне прославлены в лике святых. В отдельных регионах страны они оставались единственными православными священниками, усилиями которых там сохранялась в народе православная вера.

Как видно, тесные духовно-культурные и исторические связи с Афоном в нашей истории не прерывались на протяжении всего 1000-летия, от момента появления на Святой Горе первых древнерусских иноков и до наших дней. А само афонское наследие по праву является одной из важных составляющих нашей духовной культуры и традиции, хотя и неоправданно забытой сегодня.

Как известно, подлинное возрождение любого народа возможно только через обращение к собственному духовному наследию и первоистокам. В нашей истории Святая Гора Афон всегда занимала одно из ведущих мест.

Сергей Шумило,

Директор Международного института афонского наследия 

Montgeron1 Montgeron2

Comentarii

adaugă Comentariu

Completaţi formularul de mai jos pentru a adăuga un comentariu nou:
* *

Calendar Ortodox

Întreabă preotul

Programul slujbelor

Pelerinaje, Sfințenii

Resurse Ortodoxe

Архивы

Facebook

Twitter